Сухой остаток несостоявшейся революции

        После бурных майских событий, в Грузии наступило затишье. Уже лето. Традиционно «мёртвый политический сезон», когда семьи выезжают на дачи у моря или в горах, школьники и студенты заканчивают учёбу и в обществе наступает летняя расслабленность.
        Однако, думается, причина полного «штиля», подозрительно быстро наступившего в след за «ураганом», не только в этом. После кровавых событий, потрясших страну, прошли считанные дни. Но обратим внимание, что политики не призывают сторонников организовать митинги и демонстрации. В том числе и те, кто витийствовал на митингах 21-26 мая и обещал «бороться до конца». То есть до отставки президента Саакашвили. А ведь массовых акций протеста никто не запрещал. В отличии от ноября 2007 года, власти не вводили в стране чрезвычайного положения, не запрещали гражданам собраться в любом месте (в том числе на проспекте Руставели, где в ту злополучную ночь пролилась кровь) и возобновить демонстрации с тем же требованием.
        Официальной причиной разгона митинга на проспекте стало необходимость освободить его для проведения парада и других мероприятий по случаю 20 летия независимости. Но парад прошёл, торжества завершились и представитель мэрии в одном из интервью заявил, что никто не запрещает гражданам собраться на Руставели, у здания парламента.
        Более того, на этом месте 27 и 28 мая прошли мирные шествия представителей правозащитных организаций, собравшие гораздо больше людей, чем акция «народного собрания» 26 мая. Тем не менее, политики, инициировавшие «революцию», не спешат возобновлять митинги и демонстрации. Почему? Не потому ли, что уже сами осознают всю глубину поражения, которую потерпели в конце мая?!
        По официальным данным, в результате разгона митинга погибли 4 человека. Одного спецназовца и одного сторонника оппозиции (бывшего полицейского, потерявшего работы в результате реформы МВД) задавила машина из кортежа экс -спикера парламента Нино Бурджанадзе. По свидетельству очевидцев, она вместе с старшим сыном покинула проспект за несколько минут до начала столкновений а другие машины её кортежа протаранили спецназовцев, убив одного и ранив нескольких из них.
        Часть полицейских на машинах погнались за кортежем. Беглецы попытались скрыться в районе чешского посольства в Тбилиси. Более того, устроили там перестрелку с полицией и даже ворвались во двор дипломатического представительства Чешской Республики, где и были арестованы. На другой день властям Грузии пришлось извинятся перед дипломатами за из ряда вон выходящее происшествие
        Элементарная объективность требует сказать (нисколько не оправдывая чрезмерное использование силы некоторыми стражами порядка на проспекте Руставели), что этот трагический инцидент во многом предопределил жестокое обращение к участникам акций. В том числе после ареста тех, кто пытался оказать сопротивление. Тому нет, конечно, никаких оправданий. Но, в конце концов полицейские тоже люди а не роботы – когда на их глазах машины переезжают, убивают и калечат сослуживцев и соратников, они реагируют эмоционально, нарушая при этом закон и допуская жестокость.
        Тем не менее, неоспоримо доказано, что гибель всех четырёх человек напрямую не связана с действиями частей спецназначения: Кроме двух человек, сбитых «джипами» госпожи Бурджанадзе. ещё двое погибли от удара током, когда прятались на крыше магазина. Им некуда было бежать: полиция предварительно перекрыла все улицы. Судя по всему, перед стражами порядка власти поставили две взаимосвязанные задачи: не просто рассеять толпу, но арестовать наиболее активных участников столкновений предыдущих дней и (что ещё более существенно) не допустить, чтобы сбежав с проспекта Руставели они собрались в каком либо другом месте города. Например, у собора святой троицы (как в 2007 году), куда, по понятным причинам, спецназ подойти не мог и где мог возникнуть новый очаг сопротивления.
        Многие недоумевают, почему всё таки власти применили силу в нынешнем году, тогда как в 2009-м терпели аналогичные акции в течении трёх месяцев? Но дело в том, что те демонстрации были абсолютно мирными: Никто не держал в руках дубинки, не создавал отряды боевиков (т.н. «Шепицули» - «давшие клятву») и не декларировал готовность «устроить в Грузии Ливию и Египет».
        Нино Бурджанадзе может сколько угодно утверждать, что не было у демонстрантов коктейлей Молотова». Но её сторонники не могли объяснить, зачем на митингах канистры с бензином. Кроме того, Грузия видела, как уже после силового прекращения акции, полиция разбивает дубинкой десятки бутылок с чёрной смесью. Другое дело, что применить их участники акции не смогли или не успели – то ли из за проливного дождя, то ли молненостности действий спецназа.
        Всего полиция арестовала 162-х участников митинга. Абсолютное их большинство уже приговорены судом к трёхмесячному административному аресту за неподчинение полиции. Гораздо более суровое наказание ожидает тех бойцов «шепицули», кто 22 мая напал на машину полиции и крушил её дубинками. Их будут судить за злостное хулиганство и злостное сопротивление стражам порядка. А водителей машин, переехавших людей – за нанесение тяжких увечий, повлекших смерть.
        Ещё 24 человека грузинские спецслужбы арестовали недалеко от столицы, у древнего монастыря Кинцвиси, где они собрались (как утверждает МВД) в ожидании начала вооружённых столкновений в столице, чтобы вмешаться уже с применением огнестрельного оружия. При этом, власти утверждают, что заговорщиками руководили из Москвы бывший министр внутренних дел Грузии Тимур Хачишвили, соратник покойного бизнесмена Бадри Патаркацишвили Валерий Гелбахиани и бывший командующий грузинской воинской бригадой в Аджарии, генерал Роман Думбадзе.
        Все трое оказались в России в разное время и в результате разных политических процессов, но в отношении каждого из них возбуждены уголовные дела по обвинению в попытке насильственной смены власти и вернутся на родину они могут только устроив новую революцию.
        Тем самым, «российский след» событий всё таки нашли, но власти не спешат обвинять официальную Москву, прекрасно осознавая, что представленных доказательств для этого крайне недостаточно.
        МВД опубликовало записи телефонных разговоров и признательные показания, свидетельствующие о связях этой группы заговорщиков с «народным собранием» и, в первую очередь, мужем Нино Бурджанадзе – бывшим заместителем главы МВД Бадри Бицадзе.
        Господин Бицадзе считался неформальным лидером «Шепицули», но предпочёл скрыться ещё дням 25 мая (то есть до разгона митинга), опасаясь ареста.
        Действительно, уже на другой день после событий, главная прокуратура возбудила против него уголовное дело «за организацию группы с целью противодействовать полиции». По соответствующей статье уголовного кодекса, Бицадзе грозит от 4 до 7 лет лишения свободы. При этом, суд предлагает Бицадзе явится с повинной и заплатив 100 тысяч лари (60 тысяч долларов) в качестве залога, дожидаться основного разбирательства на свободе. Однако господин Бицадзе всё таки предпочитает скрываться а её супруга, к всеобщему изумлению журналистов, заявила на брифинге, что не только не знает где находится её муж но «её это вообще не интересует».
        Надежды оппозиционеров на однозначное осуждение властей со стороны запада не оправдались: слишком явны были попытки во что бы то не было спровоцировать президента на применение силы. Никто ведь не знает Михаила Саакашвили лучше его давнего друга и соратницы Нино Бурджанадзе: президент не мог допустить, чтобы группа людей, вооружённых дубинками, «публично опустила власть» и заставила его отменить парад по случаю дня независимости. Тем самым, глава государства расписался бы в своей полной беспомощности и в крахе собственного проекта государственного строительства.
        Реакция западных столиц оказалась сдержанной: Саакашвили критикуют за случаи «превышения силы и её непропорционального применения» со стороны полиции, но признают, что «среди митингующих были люди, не заинтересованные в мирном развитии событий» - как выразился посол США, Джон Баас, намекая, что по его мнению, радикальная оппозиция была заинтересована в кровопролитии, чтобы дискредитировать власти.
        Несколько дней спустя после событий на Руставели, Михаила Саакашвили пригласили на престижное международное событие – празднование 150-летия объединения Италии. В Риме он встретился с Вице-президентом США Джозефом Байденом. Примечательно, что в пресс-релизе белого дома по итогам беседы нет ни слова о столкновениях 26 мая. Не осудили сам факт применения силы для разгона митинга госдепартамент США и руководство Европейской Комиссии.
        Таким образом, сокрушительный проигрыш радикальной оппозиции проявляется не только в поражении её бойцов в столкновении с профессиональным и блестяще подготовленным спецназом непосредственно в ночь на 26 мая, но и в политических итогах противостояния: президент Саакашвили значительно укрепил свои позиции внутри страны, окончательно дискредитировал политических оппонентов и создал задел для успеха своей партии на предстоящих в 2012 году парламентских выборах. В то же время, события 26 мая не смогли нанести ему существенный урон на международной арене.
        Главная причина поражения Бурджанадзе в том, что общество не согласилось с её претензией на власть и не поддержала акции протеста 21- 16 мая. Если бы на митинги под предводительством Нино Анзоровны выходили не тысячи а десятки тысяч человек, если бы в решающую ночь на проспекте Руставели стояли не 500-700 молодых людей вместе с двумя-тремя тысячами пенсионеров и обездоленных а хотя бы 20-30 тысяч протестантов, власти вряд ли бы решились применить силу, опасаясь большого количества жертв.
        Но Нино Бурджанадзе слишком активно участвовала во всех процессах (начиная с 2003 года), приведших к власти Михаила Саакашвили и, по мнению большинства жителей Грузии, обязана разделить с ним всю ответственность за то, что произошло после «революции Роз».
        Это вовсе не значит, что в стране нет оппозиционного потенциала, способного сменит власть. Но для её задействования необходим новый лидер с незапятнанным прошлым. А также чётким и понятным проектом развития страны.

მთელ გვერდზე