Почему южные осетины не чувствуют полноты счастья?

    По последним данным, в результате второго тура президентских выборов в Южной Осетии, победу одержал бывший глава КГБ республики, Леонид Тибилов. Он набрал чуть больше 54 процентов голосов избирателей. У главного соперника – правозащитника Давида Санакоева – почти 43 процентов. По предварительным данным, за победителя гонки проголосовало 15 786 человек а проигравшего – 12 439. Это почти все избиратели, оставшиеся в Южной Осетии после «пятидневной войны» и исхода грузинского населения. Тем не менее, в крохотной стране, с числом избирателей чуть больше 28 тысяч, на протяжении последних месяцев развернулась драма, за которой внимательно следили как в России так и в Грузии.
    Наконец, - после победы оппозиционного политика на декабрьских выборов, отмены результатов голосования, срыва «самоинаугурации» Аллы Джиоевой и её фактического ареста, сопровождаемого громким скандалом,  - в Южной Осетии появилась стабильная власть. То, что Леонид Тибилов сможет прибрать к рукам все бразды правления, не вызывает сомнений. Во первых, помогут Московские коллеги из компетентных органов. Во вторых (что не менее важно) проигравший на выборах Давид Санакоев уже поздравил соперника с победой, то есть подтвердил его легитимность и исключил любые намёки на пресловутый «оранжевый сценарий», который удалось пресечь в прошлом году ударом приклада и стрельбой в воздух.
    Причём, бывший премьер-министр и экс-министр обороны Южной Осетии, Дмитрий Санакоев, живущий ныне в Тбилиси и лично хорошо знающий Тибилова, утверждал в беседе со мной, что Тибилов не относится к команде бывшего президента Кокоиты.  Таким образом, подковёрная борьба между экс-президентом и его московскими кураторами «за наследство Кокоиты» завершилась ничьей – осталась признанная Россией республика со своими проблемами.
    Самая главная среди них проявляется в итогах голосований как прошлого года,  так и минувшего воскресенья: политически активное население всякий раз делится на две почти равные части, демонстрируя конфликтный потенциал. И это в условиях отсутствия всяких разногласий по кардинальному вопросу независимости Южной Осетии от Грузии.
    Наряду с несколько пережёванной на экспертном уровне системной проблемой неумения Российских чиновников вести тонкую политику (в абсолютно зависимом образовании) «без ломки дров» и вселенских скандалов (как в Абхазии 2004 и южной Осетии 2011гг) возникает ещё один, более интересный вопрос: чем всё таки вызвано явное недовольство югоосетинского народа? Почему, вновь и вновь, в обществе происходят тектонические сдвиги, подтверждающие наличие недекларированных (а порой даже неосознанных) противоречий?
    На мой взгляд, главная среди них – несоответствие реальности с многолетней мечтой. Южная Осетия обрела независимость от Грузии, Россия признала её государственность, в республике больше нет грузинского населения, все коммуникации в сторону России открыты, Москва тратит миллиарды на обустройство и выплату пенсий, но счастья, спокойствия, стабильности. уверенности в будущем, как не было так и нет.
    В чём же причина? для того, чтоб её понять, достаточно посмотреть на карту: Южная Осетия находится в географическом центре Грузии. С Россией её связывает единственная дорога, часто перекрываемая зимой. Все 90-е годы и в начале нулевых годов, Южная Осетия жила за счёт транзита из России в Грузию и обратно. Именно транзит и приграничная торговля (в первую очередь огромный Эргнетский рынок) обеспечивали социальную мобильность и жизнедеятельность общества.
    Эти понятия не сводятся к матерьяльному доходу: сколько бы не выплачивать пенсий или даже просто раздавать их всем без исключения, доллары и рубли не могут заменить социальной мобильности. Простой пример: для того, чтобы из любой точки Южной Осетии попасть в ближайший город (город - в широком, цивилизационном смысле с её возможностями и сервисами) нужно потерять почти весь день. Сначала в большой посёлок под названием Цхинвали, затем, по транскавказской магистрали, - во Владикавказ.
    Но ведь совсем недавно, осетины могли за час доехать до Тбилиси по отличной автотрассе. При этом, они нисколько не сомневались в правильности курса на полное отделение от Грузии. Выступали даже за строительство «великой осетинской стены» на границе, но не осознавали, что по чисто географическим причинам, Россия никак не сможет обеспечить им ту же социальную мобильность и простор для приложения личной инициативы. Вернее, простора и возможностей у России гораздо больше, чем у Грузии. Но для того чтобы ими воспользоваться, нужно жить не в центре Грузии а в самой России – хотя бы во Владикавказе, то есть ближайшем «негрузинском» городе.
    Именно это противоречие между многолетней мечтой и реальностью (повторюсь: не всегда осознанное) проявилось, в «непонятной конфликтности» большой выборной компании 2011-2012 годов. А неповоротливость российских чиновников, интриги, борьба кланов за власть, распилы и откаты – всего лишь катализаторы, но не главные причины.
    Невозможно перенести территорию по ту сторону кавказского хребта. Невозможно удержать на этой территории население (сколько бы не выплачивать пенсий или вбухать миллиарды), если географические реалии по определению не обеспечивают возможности для социальной мобильности человека. В таком случае он рано или поздно обязательно уедет – уж во всяком случае добьется того, чтобы его дети жили в самой России а в Южную Осетию приезжали как на дачу. В этом случае грузинские политики получат возможность утверждать, что признанная Россией страна – на самом деле всего лишь «военная база без населения».
    А если суммировать вышесказанное, то каким бы невозможным это не казалось сегодня, нынешняя ситуация наверняка будет подталкивать все три стороны конфликта к стратегическому компромиссу. Иначе проиграют все. Не только Грузия, которая, казалось бы, уже проиграла всё, что только можно было здесь проиграть.

მთელ გვერდზე