Миша и Патриарх
      Грузия освобождается от наследия Муссолини
      Пойдёт ли Саакашвили в Каноссу?

      «Генриха-короля, который восстал в неслыханной гордыне против церкви твоей, лишаю правления всем королевством тевтонским и Италией и предаю анафеме!» - провозгласил папа Григорий VII, простерев руки к небу. Германия и Италия пришли в такой ужас, что суровой зимой 1077 года, император Генрих IV, вместе с женой и детьми, чуть ли не босым через Альпы, направился к понтифику и после долгих, унизительных мытарств у замка Каносса, вымолил таки его отеческое прощение.
      Задолго до этих событий, приблизительно в 478 году после рождества христова, Архиепископ Грузии Михаэль обвинил царя Вахтанга Горгасал («волкоголового») в тайном маздеанстве (огнепоклонстве) и пригрозил отлучить от церкви. Вахтанг, наводящий мистический страх на врагов на поле брани, смиренно явился к архиепископу, пал на колени и попытался в знак мольбы о прощении поцеловать его ногу. Дальнейший исторический акт, в дословном переводе грузинской летописи, описан так: «Михаэль дрыгнул ногой и сломал царю зуб».
      Очередная историческая драма из той же серии разворачивается на наших глазах в Грузии и, по всеобщему мнению, может иметь для властей, да и страны в целом ещё более важные последствия, чем война 2008 года: парламент принял сразу в трёх чтениях поправки в гражданский кодекс, позволяющие религиозным организациям регистрироваться в качестве «юридических субъектов публичного права».
      Казалось бы, что это за сенсация? в любой нормальной, европейской стране, религиозная конфессия может зарегистрироваться в Минюсте, получить юридический статус а значит имеет возможность открывать счета в банке, владеть собственностью, строить церкви или мечети, подавать иски в суд, общаться с «матерью - церквями» в других странах и так далее.
      Но дело в том, что в Грузии до сих пор сохранялась совершенно аномальная ситуация, когда юридический статус имела единственная религиозная организация – Грузинская православная церковь. Все остальные конфессии действовали в стране как бы нелегально.
      Совершенно естественно, что регистрироваться в качестве субъекта не публичного но частного права, например, католическая церковь в Грузии не хотела, хотя такой «компромисс» ей и предлагали: в конце концов, неудобно, чтобы всемирная церковь с её миллиардной паствой действовала в какой либо стране в ранге «акционерного общества с ограниченной ответственностью». В таком случае лучше вообще не иметь никакого официального статуса и смирится с нелегальным положением, то есть статусом «неформальной организации».
      Столь непривычная для любой европейской страны аномалия возникла в 2001 году, когда многолетний руководитель Грузии, Эдуард Шеварднадзе, замаливая перед церковью грехи комсомольской молодости, заключил с ГПЦ т.н. «Конкордат». Он почти дословно списан с нашумевшего в своё время документа, который в 1929 году, подписали в латеранском дворце папа Пий XI и фашистский правитель Италии Бенито Муссолини. Грузинский конкордат также даёт церкви беспрецедентные полномочия. В том числе позволяющие патриарху влиять на решения светских органов власти. Например, блокировать регистрацию иных религиозных организаций.
      Неудивительно, что «наглое» решение парламентариев, уровнявших в правах Грузинскую православную церковь со всеми другими конфессиями, вызвало бурное возмущение Католикоса. Поначалу Илья II попытался вразумить блудных сыновей при очной встрече, но многочасовые переговоры ни к чему не привели. Более того, узнав о бескомпромиссной позиции главы церкви, президент Саакашвили решил показать нрав. Он распорядился ещё более либерализовать законопроект: если согласно её первой редакции, право на регистрацию имели лишь Католическая, Армянская, Мусульманская и Иудейские конфессии, то окончательный вариант, утвержденной сразу во втором и третьем чтениях, гласит, что «публичный реестр» (то есть даже не само министерство юстиции а её подведомство) может зарегистрировать в качестве «юридического субъекта публичного права» любую религиозную организацию, если она официально признана хотя бы в одной стране – члене совета Европы. А если учесть, что членами СЕ являются и те государства, где давно разрешено всё и вся, то отныне всякая религиозная группа может получить в Грузии статус, равный православной церкви.
      Реакция патриарха Ильи тоже не заставила себя ждать. Патриархия заявила, что «решение парламентского большинства противоречит интересам как грузинской православной церкви, так и национальным интересам Грузии». А один из высших иерархов ГПЦ, глава европейской епархии, владыка Зенон обнажил ещё один пласт конфликта: по его словам, «одностороннее решение» парламента – победа армянского католикоса Гарегина II», который в ходе недавнего визита  безуспешно пытался убедить патриарха Илью согласится с официальным статусом грузинской епархии Армянской апостольской церкви и вернуть ей ныне бездействующие армянские храмы.
      Католикос-патриарх Грузии заявил в присутствии католикоса всех армян, что «армянская епархия в Грузии получит тот же статус, что и грузинская епархия в Армении а армянские церкви будут ей переданы только в случае, если грузинской епархии в Армении вернут православные храмы».
      Гарегин II ответил отказом, а после его отъезда 78 летний грузинский патриарх, в беспрецедентной для церковных взаимоотношений манере, назвал 60 летнего главу армянской церкви «нетерпеливым молодым человеком, который в силу своей молодости хочет решить все вопросы как можно скорее».
      Зато президент Саакашвили был более благосклонен к аргументам армянской стороны. В том числе главному из них: в Армении нет грузинского населения. Так сложилось исторически. Почему и как – рассказывать долго. Но точно не потому, что армяне устроили грузинам геноцид. Таким образом, сегодня в Армении нет грузинской паствы, нуждающейся в православных храмах, одно время используемых халкидонцами, но давно действующих как армяно – григорянские (монофизитские). С другой стороны, в Грузии живёт почти полумиллионная армянская паства, требующая окормления.
      То, что религиозные вопросы обсуждались во время встречи Гарегина II с президентом, никто не скрывает и не отрицает. Это дало повод «видным» представителям интеллигенции обвинить Михаила Саакашвили в «тайном армянстве». Знаменитый театральный режиссер, Роберт Стуруа заявил в одном из интервью: «Саакашвили, на самом деле, не грузин а армянин. Так что на интересы Грузии ему наплевать». Ему вторит не менее известный поэт Резо Амашукели. В прямом эфире телекомпании «Кавкасия» властитель муз возопил на всю столицу: «конечно договорились! ведь оба они армяне и какое им дело до Грузии или грузинской церкви?»
      Впрочем, думается, мотив Михаила Саакашвили не в стремлении получить поддержку армянской диаспоры Грузии или армянского лобби в США. На самом деле его принципиальное решение, касающееся, кстати, не только ААЦ но и всех других конфессий, свидетельствует, насколько нынешний грузинский лидер верен своему проекту модернизации (читай вестернизации и европеизации) Грузии и на какой риск он готов пойти для успешного претворения в жизнь данного проекта.
      Противостояние с патриархом в Грузии – дело смертельное для любого политика! Илья II пользуется в стране настолько непререкаемым авторитетом, что одного его слова достаточно для стократного усиления оппозиции президенту.
      Кстати, оппозиционные лидеры уже не преминули этим воспользоваться – ползая на коленях перед святейшим в кафедральном соборе святой троицы и проклиная Михаила Саакашвили, «вонзившего нож в спину матери-церкви».
      Наиболее омерзительно эти сцены выглядят с участием т.н. «прозападной оппозиции» - часто обивающей пороги европейских столиц и Вашингтона, клянущейся в верности демократическим устоям. Но что может быть более верным тестом на их искренность, чем отношение к элементарной норме, вытекающей из фундаментальной ценности свободы совести?
      Мне кажется, принципиальное решение и демарш Саакашвили свидетельствует о том, что он всё таки решил уйти в 2013 году, когда истекает срок его президентских полномочий. Именно поэтому президент сделал всё, чтобы гнев патриарха был направлен против него а не вероятного приемника – мэра Тбилиси Гиги Угулавы.
      Сам Миша Саакашвили не страдает комплексами Шеварднадзе просто потому, что не бегал во главе комсомольских отрядов за верующими в пасхальные дни. Отношение к церкви у него самое нормальное. То есть европейское. Судя по всему, он понимает, что уйдя с политической сцены в 2013 году (остаться у власти в той или иной форме, без поддержки патриарха ему не удастся – это абсолютно исключено) войдёт в историю не как человек, потерявший 20 процентов территорий, жующий галстук или убегавший от самолёта в гори  а как политик, переломивший хребет коррупции и освободивший страну от «воров в законе» а также других форм средневекового мракобесия. То есть, заложивший основы для новой, европейской Грузии. В этом случае, он станет скорее положительным, чем отрицательным персонажем её бурной истории.
      Так что, в Каноссу Миша не пойдёт.

მთელ გვერდზე