Грузия – 2010: год нестабильной стабильности

        Прошедший год для Грузии был периодом относительной стабильности. Однако с учётом многочисленных внутренних, а также внешних рисков и неустойчивости государственной системы в целом (в условиях сохраняющегося противостояния с соседней великой державой), эта стабильность относится к категории т.н. «неустойчивых систем», которые политологи часто характеризуют парадоксальными терминами. Например, «латентная нестабильность» или «замороженная нестабильность». Имеется в виду, что факторы, способные взорвать существующую систему, настолько значимы и опасны, что одномерная оценка реальности может оказаться нерелевантной при первом же совпадении дестабилизирующих факторов.
        Иначе говоря, в 2010 году грузинским властям удалось сохранить устойчивость системы, но в целом, в стране всё таки сохраняется ситуация, когда «одна искорка» способна привести к всесокрушающему взрыву.
        Главным событием во внутриполитической сфере стало принятие новой конституции, трансформирующей страну из президентской в парламентскую республику. При этом, оппозиция не смогла оказать правящей команде сколь нибудь серьезного сопротивления и, по сути, смирилась с тем, что по новому основному закону, формально - юридически, Михаил Саакашвили получил возможность вполне легитимно продлить свою власть и после истечения президентских полномочий в 2013 году, - заняв пост премьер-министра, наделённого по конституции огромными полномочиями.
        Казалось бы, цель достигнута а принятие основного закона можно считать безоговорочной победой правящей группировки и лично президента Саакашвили. Однако при внимательном рассмотрении вопроса, оказывается, что успех не столь однозначен: авторам новой конституции пришлось пойти на ряд очень важных уступок и удовлетворить требования умеренной оппозиции, традиционно влиятельного в грузии сектора НПО и западных организаций (в том числе венецианской комиссии по конституционной реформе) для обеспечения легитимации ими конституционной реформы.
        В частности, имею в виду сохранение в конституции пункта о всенародной избираемости главы государства. Это положение многие эксперты считают той самой «бомбой замедленного действия», которая и способна, в конце - концов, взорвать еле достигнутую после «пятидневной войны» стабильность.
        Тем более в условиях существования проигравшей но не сломленной и ожесточённой оппозиции, состоящей из влиятельных в недавнем прошлом фигур. Таких как Экс-спикер парламента Нино Бурджанадзе, бывший министр обороны Ираклий Окруашвили, идеолог «революции роз» Эроси Кицмаришвили и экс - кандидат в президенты, Леван Гачечиладзе.
        Дело в том, что в новой системе разделения властей президент не будет обладать реальными рычагами влияния на решения правительства и премьера. Однако поскольку избирается всенародно, то с учётом общественной ментальности, в любом случае будет обладать большим политическим весом и возможностью создания противовеса правящей команде.
        Конечно, если бы существовала гарантия избрания президентом «ручного политика», во всём послушного премьеру и парламентскому большинству, - особых проблем бы не возникло. Такой вариант реален в модели избрания главы государства парламентом, но всенародный мандат сам по себе многократно усиливает амбиции политика (тем более грузинского политика), привычно воспринимаемого народом в качестве «главной фигуры» во властной вертикали.
        Причём президент (что немаловажно) остаётся верховным главнокомандующим и определяет внешнюю политику. С учётом новейшей истории грузии с целым каскадом революций, переворотов и фанатичного противостояния не в меру амбициозных политиков, такая система власти чревата для маленькой страны очередными большими потрясениями.
        О том, что в команде Саакашвили это понимают и думают над минимизацией рисков, свидетельствует решение о проведении (впервые в истории страны) прямых выборов Тбилисского мэра.
        Гиги Угулава постепенно формируется в качестве возможной альтернативы Саакашвили на случай, если нынешний лидер решит отказаться от претензий на пост премьера. Такой вариант вовсе не исключён. Хотя и кажется многим наблюдателям невероятным: в 2013 году Михаилу Саакашвили будет всего лишь 46 лет – возраст расцвета для политика. Но если он действительно решит уступить место приемнику (кстати, рейтинг Гиги Угулавы на порядок выше любого из оппозиционных политиков), это минимизирует риски, связанные со сменой конфигурации власти: Угулава становится олицетворением всего положительного, что было сделано и достигнуто с 2004 года правящей партией «Единое национальное Движение» а Михаил Саакашвили возьмет на себя ответственность и «унесёт с собой» на политическую пенсию все негативные эмоции, связанные с крупными неудачами – в том числе, естественно, пятидневной войны и её плачевными итогами.
        При таком раскладе, новому президенту (кто бы им не стал) будет гораздо труднее сформировать альтернативный центр власти и помешать премьеру продолжить курс Михаила. Естественно, ситуация окончательно прояснится лишь к парламентским выборам 2012 года, однако предпосылки и правила будущей «большой игры» заложены именно в прошедшем году – принятием новой конституции.
        В то же время, муниципальные выборы 30 мая дали возможность президенту Саакашвили прорвать международную изоляцию, в которой он действительно находился с августа 2008 года. Основные западные игроки ждали подтверждения его легитимности и возобновили контакты с ним только после того, как 30 мая население подтвердило свою поддержку правящей команде.
        Причём в условиях абсолютного краха оппозиционного проекта, - бездарности, беспомощности и разобщённости оппозиции, - для обеспечения победы правящей партии, в том числе Гиги Угулавы, властям просто не было нужды прибегать к фальсификации: протестный электорат (находящийся в прострации после поражения массовых акций 2009 года), выборы, по сути бойкотировал. К избирательным урнам пришли те, кто традиционно поддерживает «мишу и его команду».
        Соответственно, в Грузию потянулись высокопоставленные западные гости. В том числе госсекретарь США Хилари Клинтон. Михаил Саакашвили побывал с официальным визитом во Франции, встретился в Лиссабоне с президентом Обамой и выступил с трибуны европарламента.
        Президент обещал не применять силу для восстановления контроля над Абхазией и Южной Осетией и предложил России прямой диалог без предварительных условий. Москва отнеслась к этому предложению весьма прохладно, всё таки некоторые подвижки в отношениях есть.
        Например, Москва в который уже раз продлила грузинской авиакомпании «Аирзена» лицензию на выполнение прямых рейсов в Москву и другие российские города. Решение Михаила Саакашвили о введение безвизового режима с жителями северного Кавказа не могло вызвать восторг в российских правящих кругах, но Россия (что примечательно) не воспользовалась реальными возможностями по блокированию данного решения, то есть не закрыла КПП «Верхний Ларс» для кавказцев, желающих проехать в Грузию без визы.
        На последнем заседании правительства. премьер-министр Ника Гилаури заявил, что по его данным рост экономики в прошедшем году превысит 6 процентов. Казалось бы, показатель просто блестящий для страны, не обладающей нефтью и газом, недавно пережившей войну и тяжелейший кризис. Но радужную картину портит сокращение бюджетных расходов (с целью уменьшения дефицита); рост коммунальных платежей, довольно высокая инфляция (более 11 процентов в год); катастрофический уровень безработицы, достигающей в Тбилиси 40 процентов трудоспособного населения; стагнация в реальном секторе экономики (например строительстве, где практически обанкротились все крупные компании) и приближение того же 2013 года, когда Грузии придётся начать выплату по кредитам МВФ, ЕС, Всемирного банка и выполнить свои обязательства по «евробондам».

მთელ გვერდზე